апрель, 2003

Собор св. Стефана строился, перестраивался и подновлялся в течение многих столетий, реставрация его проходит и сейчас. Заложен он был в первые десятилетия XII века, строился в романском стиле и освящался в 1147 году. К 1340 году перестроен в готическом стиле. В дальнейшем, к 1433 году, закончилось строительство 137-метровой Южной башни. А вот Северная башня, заложенная в 1450 году, так и осталась недостроенной. Про нее рассказывают много легенд. По одной их них, архитектор Ганс Пукспаум ради ее скорейшего окончания связался с дьяволом, но не смог выполнить его условия, и башня обрушилась. В середине XVI века на верхней площадке недостроенной башни соорудили восьмиугольный барабан с куполом. Впоследствии предлагались проекты ее достройки, но венцы, привыкшие к асимметричному силуэту св. Стефана, запротестовали. Таким образом, здание дошло до нас практически в том виде, в каком оно было в середине XVI века. Среди уличной толчеи, модных витрин и уютных кафе вдруг возникают огромные серые стены, сильно потемневшие от времени; поднимая голову, видишь, что они уходят в необъятную высоту. Такой воздушный и кружевной издалека, собор поражает своей мощностью и монументальностью вблизи. Его невозможно охватить взглядом в целом с прилегающих улиц и маленькой площади перед ним. Он настолько грандиозен и древен, что захватывает дух. Выветрившиеся, стертые временем, каменные статуи не потеряли какой-то первобытной выразительности. Бесконечно разнообразная резьба окружает зрителя сказочным миром средневековой фантазии. Мощная кладка опор наверху расчленяется нишами, арками, башенками. Чем выше, тем богаче игра линий орнамента и светотени, переходящая у начала крутой крыши в зигзагообразные узоры цветной черепицы. Испытываешь чувство протяженности, роста в высоту, слияния с каменной пластикой.
Это чувство захватывает особенно, когда стоишь у подножия 137-метровой Южной башни. Удивительно, но она не кажется громоздкой среди обычной городской застройки. Растущая ярусами, начинающимися от самой земли и сужаясь кверху, башня – это изящнейший ритмический узор, одетый каменной плотью. Как в лесу, из стволов вырастают ветки, из веток веточки, и бесконечно разнообразный узор вьется, переплетается, уходя вверх. Нарастая, вбирая в себя свет и затаивая темноту в глубине ниш, возносится башня св. Стефана, рождая ощущение взлета и головокружительной высоты. Такое же колоссальное впечатление собор производит изнутри. Размеры его внушительны: длина – 108 м, ширина – 35 м и высота – 28 м. В темные дни и в сумерках тени сгущаются и мерцают лишь отдельные огоньки. При ярком солнце здесь особенный свет, рассеянный и теплый. Основное ощущение от интерьера – повторяемость вертикальных форм, которые все время дробятся и вновь собираются воедино. Этот ритм и дымчатый свет, простор и величие архитектуры, торжественные звуки органа и хора создают атмосферу причастности к вечному, высшему. Входишь и захватывает дух!
Невозможно бегло перечислить все художественные богатства собора: тут и отчасти сохранившиеся средневековые витражи и подлинные средневековые скульптуры; надгробные плиты эпохи Ренессанса и произведения живописцев и скульпторов XVII – XVIII веков; алтарь из Винернойштадта, относящийся к 1447 году и алтарь 1513 года с изображением Петчской мадонны; кафедра, высеченная из камня Антоном Пильграмом (1514 – 1515), символизирующая борьбу Добра со Злом и огромный колокол Пуммерин весом в 213 тонн, отлитый в 1711 году из 180 турецких пушек.
Надгробные памятники и вставленные в стену погребальные плиты свидетельствуют о былом. Великолепен надгробный памятник императора Фридриха III, сделанный в 1467-1513 годах. Здесь покоятся императоры и ученые, богатые купцы и епископы. Трудно назвать все знаменитые имена, начиная от герцога Рудольфа IV или принца Евгения Савойского и кончая знаменитыми зодчими Фишером и Хильдебрандтом. В северной части собора, в маленькой часовне отпевали Моцарта. Вторая мировая война не пощадила и величественного св. Стефана. Собор загорелся и пылал несколько суток. Постепенно обрушивались верхние части здания, упал знаменитый колокол, сгорели деревянные готические скамьи, разбились скульптуры. Немало погибло безвозвратно. Многие годы проводились тонкие реставрационные работы и лишь более светлый тон камня позволяет отличить новую кладку в разрушенных местах. Но это не портит общего впечатления причастности к глубокой древности и не уменьшает огромного восхищения творением великих мастеров.
ПУСТЬ STEPHANSDOM СТОИТ ВЕЧНО!