Испанская Императорская школа верховой езды в Вене – старейшее и, в сущности, последнее учреждение мира, в котором еще практикуется классическая выездка в чистом виде, без позднейших инноваций и наслоений. Теперь, как в кайзерские времена, всадники гарцуют на арене Зимней школы верховой езды в венском Хофбурге – императорском дворце.

То, что школа называется испанской – отчасти дань красивой легенде. Есть версия, что императорские кони ведут свою родословную с Иберийского полуострова, едва ли не от той дивной белой лошади, которую Испания прислала в дар Цезарю . Однако никаких документальных свидетельств тому, конечно, не сохранилось. Во времена менее древние порода лошадей, которой гордилась императорская Вена, называлась – и до сих пор называется – липицанеры. И жители Альп по праву считают эту породу своей.

Липица – родина белоснежных скакунов, одной из самых известных пород лошадей – маленькая деревушка на юго-западе нынешней Словении (в императорские времена она входила в состав Австро-Венгрии), неподалеку от итальянской границы, Триеста и Адриатического моря. На местном конном заводе, основанном в 1580 году эрцгерцогом Карлом, еще в конце XVI века была выведена порода призрачно белых лошадей, спокойных и красивых. Загадка породы в том, что липицкие жеребята рождаются обыкновенного темного цвета и лишь потом постепенно светлеют.

Словенцы опровергают испанскую версию происхождения липицанеров и утверждают, что они происходят от лучших колесничных лошадей римской империи древней карстовой породы, которую испокон веков выводили исконные жители маленького государства на солнечной стороне Альп (то есть нынешней Словении).

Слово карст , обозначающее во всех европейских языках особый вид геологической породы и рельефа, происходит от словенского крас . Крас же – это название одной из словенских областей, той, где и расположена Липица и самые крупные в Европе карстовые пещеры внутри местных холмов. Словенский Крас – это продолжение Юлийских Альп, горной цепи, которую Словения делит с сопредельными государствами – Австрией и Италией. Именно в Словении находится самая высокая вершина Юлийских Альп – гора Триглав, которая изображена на национальном гербе этой республики.

Словенские археологи утверждают, что в честь карстовых лошадей у истока реки Тимав римляне построили храм Диомеда, мифического покровителя коневодства. В средние века крестоносцы охотно использовали этих выносливых лошадок в своих дальних и бурных странствиях, а в мирное время вьючные лошади перевозили товар с Адриатического побережья через альпийские перевалы во внутренние области Австро-Венгерской империи. По мнению словенских историков, кондотьер Коллеони работы знаменитого мастера Андреа Дель Веррокьо восседает в Венеции именно на карстовой лошади. А статуя эта на сто лет старше первого свидетельства о покупке деревни Липицы австрийцами!

Как бы то ни было, послушные и хорошо поддающиеся обучению кони идеально подходили не только для военных и транспортных нужд, но и для выездки – выполнения изысканных пируэтов, повиновения почти незаметным командам наездника. Эти качества пришлись в Вене ко двору: двор австрийских императоров всегда ценил элегантность и красоту. Каждый раз, когда жеребец отправлялся с конного завода в Вену, в аллее сажали три липы (название Липица означает маленькая липа ). Эта аллея сохранилась до наших дней. После постройки Манежа липицанеров использовали для игровых рыцарских турниров и других театрализованных представлений. Императрица Мария-Терезия любила подобные развлечения и принимала в них активное участие. В здании Зимней школы верховой езды устраивались пышные придворные балы и маскарады. Со смертью императрицы ушла в прошлое и барочная роскошь. Десятилетия войн вынудили школу существовать в рамках жесткой экономии, а бесценных лошадей дважды приходилось эвакуировать в Венгрию, чтобы спасти от пожаров и мародерства.

Нынешние традиции Испанской школы сформировались в начале XIX века. Имперская униформа всадников с тех пор не менялась: шляпа с галунами, редингот кофейного цвета, желтые лосины и высокие черные сапоги. Не менялось и оформление сбруи белоснежных лошадей: красно-золотые попоны и узкие золоченые уздечки. В здании Зимней школы проводились не только показательные выступления по выездке, но и то, что в наши дни назвали бы галаконцертами (однажды Бетховен дирижировал здесь оркестром из 700 музыкантов), и балы - маскарады, в которых принимало участие до десяти тысяч человек.

В годы быстрой индустриализации школа верховой езды оставалась островком, где время застыло. Это была придворная конюшня императора и его столь же серьезных, озабоченных государственными делами гостей.

После Первой мировой войны Липица отошла к Италии, а конный завод и часть табуна остались на иностранной территории. Австрийский министр сельского хозяйства Йозеф Штеклер велел перевезти липицанеров, которых удалось сохранить, на конный завод в Штирии, в местечко Пибер. При выборе места принималось во внимание, что климатические и географические условия нового дома липицанеров должны как можно больше напоминать их родную Липицу. Пибер пришелся липицанерам по душе, и их поголовье стало быстро расти.

Драматические события в истории липицанеров случились и во время Второй мировой войны. Полковник Подхайский, тогдашний руководитель Испанской школы, организовал эвакуацию жеребцов из Вены в городок Сент-Мартин, чтобы кони не пострадали от бомбардировок и боев за город. В дороге он встретил генерала Паттона, командира кавалерийского полка армии США, – оказалось, что они давние знакомые: встречались на олимпийских состязаниях по конному спорту. Подхайский организовал показательное выступление своих питомцев для Паттона и заместителя министра обороны Роберта Паттерсона; липицанеры произвели на американцев неизгладимое впечатление, и до окончания войны жеребцы находились под защитой и опекой военного командования США.

Предприимчивым немцам все же удалось вывезти часть кобыл и жеребят на военный конный завод в Хостун, в Чехию. В апреле 1945 года американцы специально организовали наступление на городок и захватили лошадей, которые в плену, впрочем, содержались в полном порядке. Однако в это время интерес к липицанерам проявили советские военные власти, и, чтобы не допустить передачи ценного поголовья русским, американцы организовали переброску табуна в одну из своих оккупационных зон на территории Германии, в город Линц. Формально лошади были переданы под контроль Подхайского, но в Пибер они вернулись только в 1952 году.

И сейчас в Пибере продолжается активная работа по селекции лучших жеребцов для работы в Испанской школе. Поголовье лошадей так велико, что многих продают из-за нехватки места на конном заводе.

Недовольны только словенцы: они считают, что ядро породы по-прежнему находится в Липице, и в 1996 году словенский парламент даже принял особый закон, утверждающий этот факт на государственном уровне. В 1999 году Меж - дународная ассоциация конных заводов признала права словенцев на торговую марку : с этих пор конные хозяйства, выращивающие липицанеров, должны получить особое разрешение в Словении.

Но в Вене это никого не беспокоит. В Испанской школе каждый день идут показательные выступления, австрийские всадники демонстрируют свое искусство по всему миру, а зрители, глядя на коней и всадников, переносятся в роскошный, бурный и увлекательный век камзолов, париков и дворцовых интриг. Величественных белых жеребцов для выездки по-прежнему берут только с конного завода в Пибере. Считается, что кони эти состоят на государственной службе, поэтому по окончании придворной карьеры каждый жеребец получает солидную пенсию.

Виктор Сонькин